Глава 04
Когда Верхняя Вольта подключилась к радио
6 минут чтения
Современная популярная музыка Буркина-Фасо началась не в тот момент, когда мировая аудитория открыла для себя переиздание старых записей. Она выросла из местных групп, национального радио, танцевальных залов, политических перемен и связей Уагадугу и Бобо-Диуласо с Абиджаном и другими западноафриканскими центрами звукозаписи. Электрогитары и медные духовые не стёрли региональные практики. С их помощью музыканты создавали новые аранжировки из всего, что уже находилось в обращении: музыкальных идей сенуфо и манде, конголезской румбы, кубинского сона, ритм-н-блюза, французской поп-музыки и запросов танцующей публики.
До появления множества студий их роль выполняло радио
В одном изложении современной музыкальной истории страны возникновение Harmonie Voltaïque относят к 1948 году. В последующие десятилетия национальное радио стало важнейшим местом записи для Volta Jazz, Tidiani Coulibaly, Super Volta и их современников. Специализированных коммерческих студий было мало, поэтому вещательная инфраструктура не просто передавала музыку: она помогала сохранять исполнения в записи.
Радиосессия меняет ансамбль. Расстановка микрофонов фиксирует баланс, который публика в танцевальном зале могла слышать иначе. Ограничение времени сокращает аранжировку. Дикторы превращают музыкантов в публичных артистов, известных по именам. Повторные эфиры закрепляют одну версию, тогда как репертуар продолжает меняться в живом исполнении.
Поэтому архив популярной музыки Буркина-Фасо хранит и выдающиеся записи, и огромные пробелы. Группы, получившие доступ к радиосессиям или лейблам, запоминались легче. Местные специалисты, женщины и сельские исполнители могли играть важнейшую роль, не оставив сопоставимого коммерческого следа. История звукозаписи — это история доступа не меньше, чем история звука.
Volta Jazz сделала Бобо-Диуласо электрическим
Volta Jazz — один из лучших проводников по оркестровой эпохе Бобо-Диуласо. Сборник Air Volta объединяет девять песен, прежде изданных на Disques France-Afrique и Sonafric. Начните с заглавного трека, а затем переходите к Bi Kameleou, Djougou Toro и Fintalabo.
Гитара, бас, ударные и духовые слаженно работают как единый электрический ансамбль и определяют аранжировки группы. Конголезская румба и кубинский сон дают композиционные идеи, американский R&B и французский йе-йе входят в общий круг влияний, а практики сенуфо и манде остаются различимы в музыке ансамбля, создававшего танцевальные песни для своего времени.
Сначала следите за гитарой. Она может повторять короткую фигуру, плотно соединённую с линией баса, оставляя передний план духовым и голосу. Перкуссия уплотняет слабую долю, а ударная установка сообщает песне поступательное движение. Достижение состоит в синтезе, а не в чистоте.
Другие имена не позволяют одному оркестру заслонить целую эпоху. Dafra Star, Super Volta, Harmonie Voltaïque, Tidiani Coulibaly, Abdoulaye Cissé, Issouf Compaoré и Georges Ouédraogo входят в более широкую музыкальную среду. Исторический сборник из шестнадцати треков The Original Sound of Burkina Faso даёт полезный обзор творчества Abdoulaye Cissé, Bozambo, Pierre Sandwidi, Tidiani Coulibaly и Dafra Star, Mangue Kondé, Amadou Balaké, John Oumar Nabolé, Youssouf Diarra и Super Volta. Сборник издан значительно позже; оригинальные записи относятся к более ранним этапам карьеры, и по возможности каждую следует датировать отдельно.
Amadou Balaké не ограничивал себя одним направлением
Альбом Amadou Balaké Bar Konon Mousso Bar 1978 года показывает широкий стилистический диапазон всего в шести треках. Super Bar Konon Mousso устремляется к фанку. Tondibama и Nabacouboury связаны с ритмом warba. В Dounignamou на первый план выходит труба. Aminata, du Thé ! снова меняет направление программы, а финальная Balaké ya Mariama обращается к афро-латинской аранжировке.
Важно не просто сказать, что Balaké «соединил традицию и современность»: это выражение слишком расплывчато, чтобы за ним что-либо услышать. Каждый трек решает собственную задачу аранжировки. Где вступают духовые? Создаёт ли гитара повторяющуюся основу или отвечает певцу? Какой ритм ведёт ударная установка, а какой — ручная перкуссия? Как голос располагается относительно танцевального пульса?
Balaké работал в разных странах и системах звукозаписи. Для западноафриканских музыкантов, искавших работу, студии и аудиторию, такая мобильность была обычной. Она не делает музыку менее буркинийской. Напротив, она показывает, что национальная музыкальная история всегда зависела от региональной инфраструктуры.
Pierre Sandwidi сделал гитару дневником общественной жизни
Pierre Sandwidi предлагает более компактную песенную форму. В его записях конца 1970-х песни с ведущей ролью гитары соседствуют с социальными и политическими наблюдениями. С Lucie удобно начать: это мелодичная, прямая песня исполнителя, который обращается к публике, понимавшей и её интимность, и более широкий мир вокруг неё.
В сессиях 1975 года в Maison du Peuple участвовали Super Volta и Désiré Traoré; позднейшая работа была связана с Абиджаном. Гитара здесь не просто привезённый извне символ современности. Её легко переносить, что особенно важно для автора песен. Повторяющийся аккордовый рисунок способен удерживать форму, пока главным остаётся слово; электрический тембр связывает сольный голос с культурой ансамбля.
Политическое толкование следует привязывать к конкретным песням и датам. Вовсе не каждый трек Sandwidi был национальным воззванием. Любовная песня, юмор, личное наблюдение и танец соседствуют с общественным комментарием.
Farafina перестроила ансамбль вокруг перкуссии
Farafina заявила о себе в начале 1980-х в районе Боломакоте в Бобо-Диуласо. Её звучание строится на нескольких слоях балафонов, флейте, коре и переплетающихся партиях перкуссии. Ансамбль приобрёл международную гастрольную известность, но его музыкальная сила яснее всего слышна, если на время отложить историю фестивалей и следить за отдельными партиями.
Один балафон задаёт повторяющуюся основу, другой накладывает на неё встречное движение. Флейта вступает тонкой подвижной линией. Кора добавляет короткое щипковое мерцание. Барабаны отмечают места встречи циклов и увеличивают плотность ансамбля, не размывая внутреннего движения. Музыка кажется быстрой потому, что несколько не столь стремительных партий действуют одновременно.
Farafina воплощает другую современность, нежели Volta Jazz. Одна группа использует электрический оркестр, другая строит форму концертного масштаба на перкуссии и акустических инструментах. Обе представляют собой самостоятельную современную сценическую музыку. Ни одна не реконструирует музейное прошлое.
Victor Démé превратил долгое ожидание в первый альбом
Victor Démé много лет занимался музыкой, прежде чем в 2008 году вышел его одноимённый дебютный альбом. Его биография связывает Бобо-Диуласо, Уагадугу, местное радио, независимый проект Chapa Blues и Париж. Песней, вокруг которой сложился этот поздний прорыв, стала Djon'maya.
Альбом Victor Démé не сводится к одной песне: в него входят Djon'maya, Toungan, Burkina Mousso, Peuple Burkinabè, Le Passage de l'arc à bouche и Dala Mogoya. Во многих композициях ведущую роль играет гитара, однако интерлюдия с музыкальным луком меняет масштаб и фактуру. В голосе слышна шероховатость, но музыкант не превращает каждую фразу в драматический жест.
Важны и ротация на местном радио, и последующие международные гастроли. Ни то ни другое нельзя считать моментом, когда Европа якобы сделала реальным неизвестного местного музыканта. Альбом — самая заметная точка гораздо более долгой карьеры.
В 1990-е и 2000-е сформировалась новая публика
Годы между оркестровой эпохой и сегодняшними стриминговыми релизами не были антрактом. Black So Man и Zêdess принесли в 1990-е авторскую песню, остро реагировавшую на политику, а новые лейблы, студии и кассетная культура изменили пути музыки к слушателю. Их творчество не заменило Volta Jazz или Pierre Sandwidi. Оно позволило новому поколению иначе работать с микрофоном, рынком и публичной речью.
В 2000-е частью этой инфраструктуры стал хип-хоп. Yeleen, сформированная вокруг Smarty и чадского рэпера Mawndoé, помогла сделать рэп-группы частью массовой сцены; к тому же расширявшемуся кругу принадлежала Faso Kombat. Рэп переходил между французским и местными языками, прямым обращением и мелодичными припевами, а благодаря таким студиям, как Abazon, сама возможность студийной работы стала частью истории сцены.
Другие музыканты развивали параллельные направления. Bil Aka Kora включил ритмические идеи, связанные с Djongo, в современную авторскую песню, а Alif Naaba создал собственный поп-фолк, опираясь на выразительные возможности mooré и обращаясь к культуре Moosé. Это не второстепенные исполнители в истории, неизбежным итогом которой якобы стал рэп. Они показывают одновременное возникновение нескольких аудиторий: любителей групп, авторской песни, танцевальной музыки, политически ангажированных работ и записей, чей местный успех не зависел от международной культуры переизданий.
