Глава 03
Музыканты рома, *magyar nóta* и цимбалы
5 минут чтения
Сначала разведем понятия
Выражением «венгерская цыганская музыка» называли столько разных явлений, что оно почти утратило объяснительную силу. Под ним могли подразумевать ресторанное исполнение венгерского городского популярного репертуара музыкантами рома; виртуозность национального стиля XIX века; magyar nóta; деревенские оркестры; песни на языке романи; джазменов из семей рома или просто любые цимбалы, услышанные приезжим. Чтобы понять связи между этими историями, сперва нужно их разделить.
Музыканты рома на протяжении веков занимали центральное место в профессиональной музыке Венгрии, прежде всего как гибкие ансамблевые исполнители на танцах, праздниках, в кафе и перед привилегированной публикой. Из этого не следует, что вся исполняемая ими музыка имела этнически ромское происхождение. Профессионалы осваивали то, чего требовали заказчики, танцующие и обстоятельства, привнося в материал личное и семейное искусство. Скрипач рома, игравший magyar nóta, не предлагал этнографический образец общинной песни романи. Исполнение было подлинным; неточной была бы его категория.
Magyar nóta сложилась как авторский городской песенный репертуар, особенно востребованный в XIX и начале XX века. Экспрессивная подача, вступления rubato и ансамблевые условности тесно переплелись за рубежом с образом Венгрии. Это не безымянная деревенская песня и не синоним музыки рома. Различение не обесценивает жанр, а позволяет услышать совместную работу композиции, профессиональной интерпретации и ожиданий публики.
Что цимбалы могут рассказать, а чего не могут
Современная форма концертных цимбал сложилась в XIX веке: металлические струны натянуты над большим трапециевидным корпусом, играют по ним колотушками. Быстрое чередование ударов рождает сверкающий поток; дробь или повторные ноты продлевают звук, который после одиночного удара погас бы; низкие хоры создают темную опору. В ансамбле исполнитель очерчивает гармонию, удваивает фрагменты мелодии, отвечает скрипке или нагнетает ритмическую плотность.
Такой тембр принадлежит нескольким мирам. В профессиональном ресторанном оркестре цимбалы поддерживают гибкие вступления и внезапные ускорения. В концертной музыке композиторы используют их атаку и резонанс как оркестровую краску, способную влиять на форму. В джазе ударная ясность инструмента служит импровизации и гармоническому движению. Дьёрдь Куртаг пишет для цимбал с предельным вниманием к мельчайшим деталям; Миклош Лукач и другие современные исполнители свободно переходят от композиторской музыки к джазу и совместным проектам.
Поэтому присутствие инструмента не позволяет без дополнительных сведений назвать запись народной, ромской или даже венгерской. Вслушивайтесь в функцию. Поддерживает ли исполнитель движение танцевальной фактуры? Становятся ли цимбалы солирующим голосом? Окутывают ли камерный ансамбль облаком резонанса? Подчеркивают ли фразы певца? Название инструмента открывает вопрос, а не дает окончательный ответ.
Голоса самих рома
Моника Лакатош — самый ясный современный проводник к вокальной практике венгерских рома-ола, или влашских рома. Ее пение открытое, ритмически живое; оно переходит от камерной напряженности к большому залу, не теряя внимания к слову. В Romengo, а позднее в Cigány Hangok она выступает с родственниками и музыкантами общины: звучат гитара, голоса, канна, вокальный бас и деревянное корыто как ударный инструмент. Это не клише ресторанного оркестра: многослойные голоса, ритм хлопков и бытовых ударных, драматическая ведущая партия создают собственную звуковую конструкцию.
Международное признание Лакатош существенно, но в центре должна оставаться музыка. Начните с записи Romengo и проследите, как ведущий голос напряженно взаимодействует с ритмом хлопков и ударов, как отвечают вторые голоса, насколько гармоническая роль гитары не похожа на привычный образ скрипки с цимбалами, выдаваемый за венгерский. Благодаря ее карьере женщины становятся видимы в истории, которую слишком часто рассказывали только через мужчин — руководителей ансамблей.
Группа Kalyi Jag, возникшая в конце 1970-х, сыграла решающую роль в выходе народной музыки венгерских рома на концертную сцену и в звукозапись. Свои ансамблевые языки разработали Ando Drom и Romano Drom. Parno Graszt создал мощный сценический стиль, выросший в деревне Пасаб из голосов, гитар, ударных и танцевальной энергии. Эти коллективы связаны с музыкальными мирами рома, но не представляют один взаимозаменяемый стиль. Важны местность, семья, язык и репертуар.
Три конкретные записи не дадут именам раствориться в обзоре. Начните с Kétháné Моники Лакатош и Romengo: здесь ведущий голос напряженно взаимодействует с коллективным ритмом. Затем обратитесь к Fekete Tűz / Black Fire группы Kalyi Jag — одному из ключевых альбомов, сформировавших ее узнаваемый сценический язык, — и к Rávágok a zongorára Parno Graszt, где сходятся идентичность Пасаба, юмор и ансамблевый напор. Суть именно в контрасте между ними.
Без музыкантов рома невозможно представить и венгерский джаз. Гитарист Габор Сабо обрел собственный международно признанный стиль на пересечении джазовой импровизации, модальной красочности и популярной формы. Пианисты и композиторы Бела Сакчи Лакатош и Кальман Олах развивали венгерский джаз виртуозной игрой, сочинением и преподаванием. Скрипач Роби Лакатош соединяет джаз, классическую виртуозность и семейные традиции. Речь не о создании отдельной «ромской главы». Важно слышать артистов рома во всей профессиональной истории страны и при этом называть своими именами репертуары, которые создают и исполняют сами рома.
Политика ресторанного образа
Ресторанную и кофейную музыку легко отвергнуть, поскольку туризм превратил ее в стереотип. Но так исчез бы квалифицированный труд. Хороший оркестр должен был владеть обширным репертуаром, исполнять заказы, выстраивать вечер и общаться поверх языковых и классовых границ. В то же время коммерческий образ страстного «скрипача-цыгана» сужал ожидания публики и нередко скрывал имена музыкантов за этническим типажом.
Держите в уме обе стороны. В этом стиле возможно выдающееся мастерство, а его реклама способна искажать жизнь рома. Узнавайте имена. Отличайте авторскую nóta от деревенской мелодии. Замечайте, представлены ли музыканты самостоятельными артистами или лишь атмосферным фоном. Этичный ответ не в том, чтобы избегать выступлений рома, а в том, чтобы перестать считать самих исполнителей декоративным национальным достоянием.
