Глава 02
Rímur, stemmur, tvísöngur и возвращение старинных инструментов
5 минут чтения
Rímur — истории под давлением формы
Rímur — длинные повествовательные поэмы, сложенные в строгих и сложных стихотворных размерах. Цикл может пересказывать сюжет саги, рыцарского романа или другого произведения во множестве частей. При исполнении стих kveðið: его ведут по мелодической модели, называемой stemma. В переводе этот способ нередко называют «распевом» или «речитативом», но оба слова могут ввести в заблуждение. Голос здесь не равен ни обыкновенной речи, ни неизменному литургическому напеву. Он следует гибкому мелодическому контуру, который помогает удерживать метр, запоминать текст и подчёркивать силу слова.
Прежде всего стоит услышать движущую силу текста. Аллитерация, рифма, число слогов и ударения образуют каркас, внутри которого исполнитель меняет скорость и высоту звучания. Искусный kvæðamaður или kvæðakona не просто читает строки поверх напева. Мелодия должна вместить большой объём текста и не стать монотонной, а манера исполнения — помогать слушателям следить за сюжетом. Разные stemmur могут подходить разным эпизодам, исполнителям и настроениям.
Rímur продолжали жить, потому что люди исполняли их, переписывали, просили исполнить и помнили. Рукописи донесли до нас множество циклов, но показывают лишь часть практики: слова, стихотворные размеры, пометы владельцев и пути распространения списков. О звучании мы знаем по более поздним нотным записям, труду собирателей и звукозаписям. Этот разрыв существен. Нельзя заставлять древнюю красивую страницу звучать увереннее, чем позволяют свидетельства.
В этой истории необходимо учитывать женский труд. Сохранение, например, Mábilar rímur связано с женщинами, которые помнили цикл, просили его исполнить и передавали дальше. Это не делает rímur женским жанром, зато разрушает ленивый образ традиции, которую якобы несли лишь мужчины-поэты и мужчины-исполнители. Полная история этой музыки должна говорить не только об авторах, чьи имена попали в печать, но и о людях, благодаря которым произведения продолжали жить.
Бьярни Торстейнссон и слух собирателя
Бьярни Торстейнссон начал собирать исландские песни в XIX веке и около двадцати пяти лет сводил воедино материал, опубликованный в 1906–1909 годах под названием Íslenzk þjóðlög. В собрание вошли духовные мелодии, народные песни, напевы rímur и сведения об инструментах. Труд монументален, но остаётся работой собирателя: это составленный им документ, основанный на беседах, нотных записях, переписке и решениях о том, что именно сохранить.
Лучше всего с наследием Бьярни знакомиться в Сиглюфьордюре. Центр народной музыки расположен в городе, где он работал, и представляет записи, рукописи и инструменты. Посетители могут услышать, как люди из разных областей Исландии поют песни и исполняют rímur, а затем попробовать реконструкции langspil и fiðla. Переход от документа к звуку, а от звука к прикосновению особенно ценен: культурная память предстаёт здесь живой практикой, а не предметом почтительного созерцания.
Нынешние исполнители развивают материал, а не консервируют его. Бара Гримсдоуттир и Крис Фостер, выступающие как Funi, поют старые и новые тексты, используя голоса, langspil, исландскую fiðla, гитару, кантеле и другие инструменты. Современность их аранжировок не скрывается. Именно эта честность вызывает доверие: унаследованная песня, новая обработка и современная запись встречаются, не выдавая себя за явления одной эпохи.
Различие особенно хорошо слышно в двух записях. В «Jómsvíkingarímur» Стейндоура Андерсена с альбома Rímur: Icelandic Epic Song (2003) на первом плане оказывается повествовательная сила опытного kvæðamaður. Современный ответ даёт «Krókárgerði» группы Funi с альбома Gárur (2026): голос, аранжированные струнные и полевая запись несут стихотворение о заброшенной ферме, не выдавая эту запись за традицию, сохранившуюся в неизменном виде.
Как говорит langspil
Обычно на длинном деревянном корпусе langspil рядом с мелодической струной натянуты одна или несколько бурдонных. Музыкант может защипывать их пальцами или пером, ударять по ним либо играть смычком. Бурдон задаёт тональное поле, а мелодическая струна ведёт над ним линию в более узком диапазоне. При щипковой игре звук бывает сухим и камерным, при смычковой — более протяжным и шероховатым.
Конструкция и техника различались. Поэтому современные мастера не ограничиваются воспроизведением единого музейного образца. Они вместе с исполнителями сопоставляют уцелевшие предметы, фотографии, письменные описания и устные свидетельства. На занятиях Эйоульфюра Эйоульфссона в Национальном музее это исследование становится практикой: дети берут в руки перья и смычки из конского волоса, разучивают песни из коллекции Бьярни и связывают инструмент со старой baðstofa — общей жилой и рабочей комнатой крестьянского дома.
Не меньшей осторожности требует исландская fiðla. Это был смычковый инструмент, напоминающий цитру, а не просто ранняя скрипка. К тому времени, когда собиратели подробно записали воспоминания о нём, непрерывная исполнительская традиция уже угасала. Реконструированные экземпляры позволяют судить о возможном положении инструмента при игре, отклике струн и строе, но всякая реконструкция остаётся гипотезой, опирающейся на свидетельства. Неопределённость здесь не недостаток, а часть современного звучания инструмента.
Tvísöngur: две линии, одно трение
Tvísöngur — разновидность двухголосного пения, связанная с параллельными квинтами и модальным звучанием, которое может показаться аскетичным слушателю, ожидающему обычной функциональной гармонии. Два певца движутся вместе, а соотношение интервалов создаёт открытое, резонирующее напряжение. В подходящем помещении обертоны и зернистость голосов становятся столь же заметны, как мелодия.
Такое звучание хочется назвать средневековым, но от этого упрощения лучше отказаться. У практики глубокие исторические корни, однако современное исполнение создают живые голоса, нынешний выбор строя и нередко обстоятельства возрождения традиции. Сначала услышьте двух людей, согласующих дыхание и высоту звука. Исторический вопрос можно задать потом, не отменяя непосредственного физического впечатления.
В качестве конкретного примера послушайте «Gott ár oss gefi / Give Us a Good Year» группы Funi — заключительный трек альбома Flúr (2013). Бара Гримсдоуттир положила текст гимна XVII века на язык параллельных квинт tvísöngur. В современной аранжировке с ясно указанным авторством голоса попеременно меняются ролями и соединяются, сохраняя музыкальную связь со старой практикой.
Rímur, langspil, fiðla и tvísöngur не складываются в единый традиционный комплект. У каждого явления своя история и свой характер свидетельств. Сегодня их объединяет труд людей, которые изучают, преподают и исполняют эту музыку. Знакомство тоже лучше начинать с человека: выберите певца или инструменталиста, известного по имени, послушайте конкретное произведение или запись, а затем сравните с другой версией.
