Глава 07
Двадцать четыре исполнения на музыкальной карте Южной Африки
12 минут чтения
1. Princess Magogo kaDinuzulu: «Uyephi Na?»
Начните с музыкального лука, голоса и воплощённой в исполнении памяти. Princess Magogo ударяет по струне с выверенной силой и меняет положение резонатора, так что обертоны словно отвечают её мелодии. Сдержанность звучания обманчива: высоту, тембр, текст и пульс контролирует одна исполнительница. Обратите внимание, как верхние тоны смещаются вслед за движением резонатора. Её принадлежность к королевскому дому важна, но прежде всего эту музыку открывают мастерство исполнительницы и женские истории, сохранённые в её репертуаре.
2. Madosini: «Uthando Luphelile»
Голос Madosini на isiXhosa и её искусство музыкального лука превращают резонанс в слышимую форму. Сначала следите за повторяющейся атакой струны, затем перенесите внимание выше, к похожим на свист частичным тонам, которые выделяет тыквенный резонатор или полость рта. Её вокальная линия не просто располагается сверху: она дополняет рисунок лука и вступает с ним в спор. Mantombi Matotiyana, Dizu Plaatjies и молодые музыканты, учившиеся у этих мастеров, продолжают историю.
3. Ladysmith Black Mambazo: «Nomathemba»
Ведущий голос Joseph Shabalala плывёт над плотным аккордом isicathamiya, а басы дают каждому вступлению опору. После прослушивания аудио посмотрите видеозапись исполнения. Мягкая работа ног, поднятые колени и синхронные повороты проясняют акценты, уже заложенные в пении. Затем сравните с другим хором, чтобы жанр не сжался до своей самой знаменитой группы. Точность, дыхание и коллективное произнесение согласных придают негромкому исполнению силу.
4. Mahlathini and the Mahotella Queens: «Umculo Kawupheli»
Обещание названия, что музыка не кончается, подходит треку, построенному на постоянном обновлении. Шершавые низкие реплики Mahlathini противостоят светлой гармонии Mahotella Queens. Гитара Marks Mankwane повторяет фигуру с мельчайшими изменениями, а бас, барабаны и саксофон поддерживают упругость ритмического мотора mbaqanga. Разделите в слухе три звена: голос Mahlathini в манере groaner, Mahotella Queens и ансамбль. Восторг записи рождается из их трения и согласия.
5. Spokes Mashiyane: «King Kwela»
Mashiyane превращает pennywhistle в ведущий голос благодаря подтяжкам, отрывистым атакам и быстрому обмену мотивами. Услышьте, как мелодия ложится на компактное циклическое сопровождение, а затем заметьте, с какой лёгкостью фраза пересекает тактовую черту. Переносной характер kwela помог ей жить на улицах и в студиях, но перед нами виртуозная запись популярной музыки, а не случайно пойманная на улице милая сценка. Затем обратитесь к записям Mashiyane с саксофоном.
6. Philip Tabane and Malombo: «Ngwana O Ya Lela»
Электрогитара Tabane кружит вокруг мотива, пока сама манера звукоизвлечения не превращается в повествование. Игра Gabriel «Mabi» Thobejane на барабанах отвечает не только ритмом, но и тембром. Промежутки между фразами активны; не заполняйте их мысленно привычными джазовыми аккордами. Исполнение соединяет песню, связанную с Sepedi, импровизацию, танец и духовные представления, не растворяя имя ансамбля и присущий ему метод работы.
7. Miriam Makeba: «Lakutshon' Ilanga»
Композиция Mackay Davashe обрела одну из своих определяющих интерпретаций благодаря Makeba. Слушайте её работу с согласными и лёгкую задержку перед тем, как фраза встаёт на место. Аранжировка оставляет певице пространство, не превращая голос в оторванный от контекста символ. Сравните исполнения разных лет и услышьте, как песню меняют темп, язык и контекст изгнания. Рядом с творчеством Makeba следует помнить о Davashe, Skylarks, Dorothy Masuka и обширной истории городской музыки, в которой ведущая роль принадлежала женщинам.
8. Hugh Masekela: «Stimela (The Coal Train)»
Masekela начинает с рассказа, дыхания и голосовой имитации, прежде чем ансамбль набирает силу. Ковбелл обозначает неумолимый цикл; поезд сначала входит в музыку ритмом, а затем власть переходит к духовым. Произведение говорит о системе трудовой миграции через физически ощутимый звук: свисток, движение, изнеможение и накапливающиеся имена. Прослушайте драматургию концертного исполнения от начала до конца. Её политический смысл неотделим от чувства времени и динамики.
9. Abdullah Ibrahim with Basil Coetzee: «Mannenberg»
Фортепианная фигура сразу кажется готовой для пения, но полная запись раскрывается постепенно. Тембр тенор-саксофона Basil Coetzee, вклад Robbie Jansen и ритм-секция превращают повторение в пространство совместного переживания. Следите за движением баса под знаменитым хуком, а затем вслушайтесь, как саксофонная фраза приближается к речи. Ghoema, marabi, langarm и джаз помогают понять грув; ни одна из этих традиций не владеет им единолично.
10. Busi Mhlongo: «We Baba Omncane»
Mhlongo встраивает фразировку, восходящую к maskandi, в современную электрическую аранжировку. Её голос может хрипеть, взмывать и ударять согласным, словно барабаном. Гитарные рисунки несут память мигрантской песни, а бас и перкуссия расширяют сцену. Это решительный ответ любой истории, описывающей maskandi только через мужчин. Затем послушайте альбомы Urban Zulu и Amakholwa, чтобы услышать, как она заново выстроила отношения между традицией, фанком, роком и верой.
11. Brenda Fassie: «Vulindlela»
Клавишный хук возвещает праздник, а голос Fassie словно раздвигает пространство. Она переходит от повелительной подачи к дразнящей интонации и коллективному ответу, пока бас неуклонно ведёт свадебный порыв вперёд. Запись показывает, почему радость поп-музыки принадлежит серьёзной истории. Затем сравните «Weekend Special» и «Black President»: одна артистка создаёт близость, публичный образ и прямое политическое высказывание разными приёмами вокальной атаки.
12. Central Malay Choir: «Daar Kom Die Alibama»
Многоголосный хор несёт одну из самых известных карнавальных песен Кейптауна на ритмическом подъёме, который легче почувствовать, чем нотировать. Следите за ведущим голосом и хоровым ответом, затем вслушайтесь в упругий ритм под мелодией. Это общинное исполнение принадлежит истории кейпских мусульманских хоров и карнавала. Поставьте его рядом с композиторской работой Mac McKenzie с ghoema и услышьте, как общинный репертуар и его оркестровое переосмысление могут опираться на общее знание, не становясь одной и той же музыкой.
13. Boom Shaka: «It's About Time»
Замедленный грув с корнями в хаусе оставляет место для скандирования, рэпа и хука, который мгновенно ощущается телом. Вокальное присутствие и хореография Lebo Mathosa составляют центр силы группы. Слушайте трек как голос молодёжной культуры после 1994 года, живущей по собственным часам: нетерпеливой, стильной и внимательной к незавершённым переменам. Boom Shaka связывает электронное наследие bubblegum с характерной для kwaito речью тауншипов, не повторяя в точности ни одно из двух звучаний.
14. Rebecca Malope: «Somlandela»
Ведущий голос Malope поднимается сквозь госпельную аранжировку, построенную на ответах, усилении и общем подъёме. Услышьте, как фраза начинается личным свидетельством, а затем набирает вес с присоединением других голосов и ритм-секции. Эта запись знакомит с южноафриканским коммерческим госпелом через творчество женщины, чья карьера вышла далеко за пределы одной церкви или языка. Затем обратитесь к Benjamin Dube и церковным хорам, а после сравните госпельную окраску гармонии в хаусе и amapiano.
15. Nothembi Mkhwebane: «Vukani Bomma»
Гитара Mkhwebane и обращение на isiNdebele передают историю северных регионов в произведении конкретной женщины. Гитара не служит нейтральным фоном: её возвращающаяся фигура задаёт основу, от которой голос может призывать, отвечать и набирать силу. Песня представляет популярную исполнительскую традицию Ndebele, не растворяя её в обобщённой категории «сото» или «музыка тауншипов». Продолжите знакомство с творчеством Mkhwebane и сравните её гитарное мышление с maskandi и Malombo, не объявляя эти формы тождественными.
16. Mac McKenzie and the Cape Town Goema Orchestra: «Goema Symphony No. 1»
McKenzie видит в ghoema источник композиторского знания, а не местный колорит, наложенный на джаз. Cape Town Goema Orchestra соединяет ощущение барабанного пульса, ансамблевое письмо и кейпскую мелодическую память в произведении, разделы которого неизменно возвращаются к телесной пульсации. Слушайте, как перкуссия меняет воспринимаемый вес такта. The Genuines, Hilton Schilder, история Дистрикт-Сикс, хоры Nagtroepe и практика Kaapse Klopse показывают разные продолжения этой истории.
17. Deepak Ram: «Madiba's Dance»
Ram родился в Южной Африке в семье индийского происхождения; обучение игре на bansuri и музыка, которую слушали в его семье, соединили raga, bhajan, Болливуд и джаз. В собственной пьесе «Madiba's Dance» он помещает линию бамбуковой флейты над гитарой, басом и перкуссией, превращая южноафриканское посвящение в выверенную мелодическую импровизацию. Следите за дыханием между фразами и за тем, как орнамент меняет длительный звук. Его диаспорическую карьеру следует рассматривать вместе с дурбанской историей индийской классической и религиозной музыки, кинопесни, свадебного музицирования и местной популярной звукозаписи; все эти пласты не способен представить один солист.
18. Baca Men: «Gumboot Dance»
Сапоги ударяют в пол, руки отвечают телу, и группа превращает повторяющиеся фигуры в меняющуюся перкуссионную аранжировку. Полное исполнение делает историю шахтёрского труда слышимой благодаря координации, а не песне, описывающей труд извне. Следите за одним рисунком топота, пока его не перебьёт другая часть тела, а затем посмотрите, как зрительная точность проясняет метр. Сопоставьте со «Stimela»: одно произведение воплощает шахтный поезд в выстроенном исполнении, другое превращает тело рабочего в ансамблевый инструмент.
19. FAKA: «Uyang'khumbula»
Fela Gucci и Desire Marea создают память, желание и присутствие чернокожих квир-людей с помощью голоса, электронного давления и визуального перформанса. Повтор заставляет вопрос накапливать силу. Сначала послушайте аудио, затем посмотрите фильм и заметьте, как жест меняет восприятие бита. FAKA принадлежат истории южноафриканской клубной культуры и перформанса, а не находятся за её пределами в качестве примечания для узкого круга. Затем обратитесь к сольному творчеству Desire Marea и хип-хопу Dope Saint Jude.
20. Sho Madjozi: «Huku»
Речитатив Sho Madjozi на Xitsonga остро сцеплен с ярким программированным ритмом. Она быстро меняет каденцию, а аранжировка остаётся ясной и танцевальной. Язык, мода и связь с Лимпопо являются материалом, которым она распоряжается сама, а не украшением для экспорта. Сравните «Huku» с её совместной работой с Makhadzi, а затем проследите за исполнителями Tsonga в Южной Африке и Мозамбике, сохраняя точную национальную принадлежность.
21. DJ Lag: «Ice Drop»
Звучит один тяжёлый удар, открывается пространство, и следующая перкуссионная фигура расшатывает ожидаемую сетку. Классический gqom DJ Lag превращает отсутствие в структурный приём. Следите за низкими частотами, коротко нарезанным вокальным материалом и меняющейся плотностью. Эта музыка выросла из цифровых сетей распространения, танца и клубной жизни Дурбана и его окрестностей; она не просто более тёмная родственница хауса. Затем обратитесь к Griffit Vigo, Rudeboyz, Distruction Boyz, Menzi, Babes Wodumo и Busiswa.
22. Kabza De Small and Mthunzi: «Imithandazo»
Приглашённые голоса вступают по эстафете над неторопливыми клавишными и катящимся басом log drum. В полный список участников входят DJ Maphorisa, Sizwe Alakine, Young Stunna и Umthakathi Kush. Аранжировка сочетает молитвенное чувство с протяжённостью клубного трека так, что они поддерживают друг друга. Следите за скользящей высотой баса, а затем за передачей вокальных партий. Запись представляет amapiano как результат коллективного продюсирования, а не изобретение звезды-одиночки.
23. Makhadzi featuring Mr Brown: «Murahu»
Ведущий голос Makhadzi на Tshivenda и ответ Mr Brown движутся поверх ярких клавишных и твёрдого пульса хауса. Энергия рождается из повтора с меняющимся вокальным нажимом: хук возвращается, ответ уплотняется, а танцевальная аранжировка продолжает двигать музыку вперёд. Запись возвращает хаусу подобающее место в электронной истории между kwaito и amapiano и вводит в неё ярко заявленный женский голос Лимпопо. Сравните эту запись с каденцией Sho Madjozi на Xitsonga, сохраняя различия двух языков, артисток и музыкальных приёмов.
24. Jitsvinger featuring Lady G and K-NiNE DIE HOND: «Viva La Cape Flats»
Jitsvinger, Lady G и K-NiNE DIE HOND превращают флоу Afrikaaps, память goema и топонимы Кейп-Флэтс в заявление 2026 года о местном авторстве. Услышьте, как каждый рэпер меняет атаку, пока рефрен сохраняет общинный характер трека. Митчеллс-Плейн и Кейптаун здесь не декорации: язык и район укореняют ритм в конкретной социальной среде. Jethro Louw, конкретные артисты Nama и группы rieldans продолжают эту историю, каждый со своей чётко указанной общинной принадлежностью.
Практический маршрут слушателя
Начните с Princess Magogo, Madosini и Ladysmith Black Mambazo. Определите физический источник каждого звука: удар по струне, резонаторную полость, дыхание ведущего голоса, басовый аккорд и шаг. Затем сравните maskandi, mbaqanga и Malombo на примере Busi Mhlongo, Mahlathini с Mahotella Queens и Philip Tabane. Заметьте, как меняется задача гитары в каждой записи.
Дальше переходите к Spokes Mashiyane, Miriam Makeba и «Mannenberg». Проследите короткий мотив на протяжении всей записи и заметьте, как повтор освобождает место для индивидуальности. В кейпской части поставьте Central Malay Choir рядом с «Goema Symphony», а завершите взглядом Jitsvinger на Кейп-Флэтс через Afrikaaps. Сохраняйте различия между общиной, языком и жанром даже там, где пульс переходит из одного контекста в другой.
Послушайте вместе «Stimela», «Somlandela» и «It's About Time». Спросите, как ритм поезда, госпельный ответ и замедленный пульс хауса разными средствами создают чувство общности. Продолжите от Nothembi Mkhwebane к FAKA и Sho Madjozi, выдвигая на первый план женское и квир-авторство в совсем разных звучаниях. Завершите телесной перкуссией Baca Men, а следом послушайте DJ Lag, Makhadzi с Mr Brown и Kabza De Small с Mthunzi. Сравните метр, выбитый ногами, низкочастотный удар, хаусовый пульс и скользящую высоту log drum.
Часто задаваемые вопросы
Расширяйте круг, следуя творческим связям. После одного знаменитого артиста выберите соавтора, композитора или участника ансамбля из полного списка исполнителей. После одного жанра найдите другое произведение на том же языке, но из другой провинции. После южноафриканского трека, использующего форму, распространённую также в Лесото, Эсватини, Ботсване, Зимбабве или Мозамбике, послушайте конкретного артиста из этой соседней страны и не смешивайте происхождение двух записей. Так границы помогают точнее атрибутировать музыку, не заставляя культуру останавливаться на них.
1. С какой записи лучше начать знакомство с музыкой Южной Африки?
Выберите «Mannenberg» для долгого инструментального погружения, «Nomathemba» для вокальной точности или Madosini для музыкального лука и голоса. Каждая запись развивает навык слушания, который пригодится при дальнейшем знакомстве с музыкой страны. Ни один трек не может быть миниатюрной моделью всей нации.
2. Maskandi, mbaqanga и isicathamiya — это всё зулусская музыка?
У всех трёх форм глубокая история, связанная с isiZulu, но они решают разные музыкальные задачи. В maskandi на первом плане гитара и повествование, mbaqanga опирается на ритмический мотор электрического танцевального ансамбля, а isicathamiya строится вокруг тесной хоровой гармонии и поставленных шагов. Артисты переходят между формами, не стирая различий.
3. Как uhadi и umrhubhe создают мелодию на одной струне?
Колеблющаяся струна рождает множество обертонов. Роль фильтра и усилителя выбранных частичных тонов выполняет тыквенный резонатор или полость рта исполнителя. Положение руки может менять основной тон, а пение создаёт ещё одну линию. Мелодия возникает не только из высоты зажатой струны, но и из резонанса.
4. Ghoema и Kaapse Klopse — одно и то же?
Нет. Ghoema обозначает барабан и семейство ритмических практик. Kaapse Klopse — организованные карнавальные труппы с хорами, инструментами, костюмами, конкурсами и историей районов. Ghoema звучит также в кейпском джазе и других композиторских произведениях.
5. Музыка времён апартеида состояла преимущественно из песен протеста?
Нет. При апартеиде музыканты создавали гимны, джаз, любовные песни, танцевальные записи, госпел, сатиру и экспериментальные произведения. Прямые протестные произведения вроде «Soweto Blues» важны, тогда как инструментальная пьеса «Mannenberg» обрела политическую жизнь через аранжировку, место и память слушателей.
6. Чем gqom отличается от amapiano?
Для gqom часто характерны разреженная нерегулярная перкуссия, тёмное пространство и жёсткие низкочастотные удары. Amapiano обычно опирается на неторопливую структуру, восходящую к хаусу, клавишные с джазовой или госпельной окраской, шейкеры и тонально определённый бас log drum. Продюсеры в обоих направлениях экспериментируют, поэтому это ориентиры для слуха, а не правила.
7. Где искать музыку на Afrikaans за пределами мейнстримного попа?
Начните с авторских песен David Kramer о Кару, альтернативного рока Johannes Kerkorrel, кейпского мусульманского хорового репертуара, проектов Mac McKenzie с ghoema и хип-хопа на Afrikaans от кейпских артистов. Язык принадлежит общинам с разными политическими и региональными историями, по-разному затронутым расовой классификацией.
8. Как правильно обозначать музыку Khoe и San?
По возможности используйте конкретное самоназвание исполнителя или общины, например Nama, N|uu, !Xun или Khwe, и указывайте страну и место записи. Творчество Jitsvinger представлено через его практику Afrikaaps и обращение к истории Кейп-Флэтс и Khoe, а не как песня, способная представлять всех Khoe. Не переносите записи Ju|'hoansi из Намибии или Ботсваны в Южную Африку только потому, что это музыка Калахари.
9. Какое место занимает музыка южноафриканцев индийского происхождения?
Она входит в национальную историю через Дурбан и более широкие сети музыки храмов и мечетей, bhajan, qawwali, обучение традициям Carnatic и Hindustani, песни из кино, свадебные выступления, популярную звукозапись, джаз и совместные электронные проекты. Внутри одной общины существует множество религиозных, языковых и музыкальных маршрутов.
10. Как продолжать знакомство, не теряя региональных различий?
Изучайте полный список участников. Сопоставляйте каждую звезду с композитором или инструменталистом, связывайте каждый язык более чем с одной провинцией, а каждую трансграничную форму — с конкретными артистами из обеих связанных стран. Пусть звук ведёт вас, а место, язык и состав исполнителей уточняют услышанное.
